• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
20:04 

Мглой комната полна, и осторожно в ней
Звучит шушуканье печальное детей.
Две детских головы за занавеской белой,
От грез отяжелев, склоняются несмело.
Снаружи стайка птиц друг к другу зябко льнет,
И крылья не влекут их в серый небосвод;
Проходит Новый год со свитою туманной;
Влача свой снежный плащ и улыбаясь странно,
Он плачет и поет, охвачен дрожью он.

@темы: стихи, Рембо

21:46 

мне одиноко.

21:55 

Не в состоянии вести бумажный дневник)

Какой приятный день. Смотрела сериал, читала книгу, ходила в книжный(первая такая покупка за два месяца))
Я украсила люстру маленькими и не очень журавликами. У меня теперь пять ниточек с ними.
Очень простые и очень радостные вещи.
Оказалось, чтобы чувствовать себя хорошо, иногда никто другой и не нужен.

@темы: магия!

23:19 

fuck it!!!!!
and fuck you, my dear!

10:27 

Вроде просто:
найти и расставить слова.
Жаль, что это все реже.
И все больней...
Вновь бумага лежит —
ни жива, ни мертва —
будто знает,
что ты прикоснешься к ней.

Но ведь где-то есть он,
в конце концов,
тот —
единственный,
необъяснимый тот —
гениальный порядок
привычных нот,
гениальный порядок
обычных слов.

@темы: стихи, Рождественский

23:57 

шутки не для твиттера

"- Таня, мне кажется, что Артем приедет сюда с чем-нибудь страшным. С топором, например.
- Успокойся. Самое страшное, с чем он может приехать, это Сергей"
.....

@темы: привет!

12:23 

Когда-нибудь от меня уйдут все.

@темы: вереск

23:45 

И это все, что ты можешь сделать.

@темы: вереск

23:06 

Что за счастливый день,
Рано осел туман, я работал в саду,
Колибри висели над цветком каприфоли.
Не было в мире вещи, которой бы я пожелал.
Никого, кому стоило бы завидовать.
Что плохого случилось, все позабыл.
Мне не было стыдно за то, что такой я, как есть,
И ничто у меня не болело.
Выпрямляясь, я видел парус в морской синеве.

@темы: Чеслав Милош, стихи

22:54 

Ваши пальцы пахнут ладаном,
А в ресницах спит печаль.
Ничего теперь не надо нам,
Никого теперь не жаль.
И когда весенней Вестницей
Вы пойдете в синий край,
Сам Господь по белой лестнице
Поведет Вас в светлый рай.

Тихо шепчет дьякон седенький,
За поклоном бьет поклон
И метет бородкой реденькой
Вековую пыль с икон.
Ваши пальцы пахнут ладаном,
А в ресницах спит печаль.
Ничего теперь не надо нам,
Никого теперь не жаль.

@темы: Вертинский, стихи

01:44 

В первом часу ночи все не так. Все немного по-другому и этой осенью.
У меня открылись глаза.
На саму себя. На годы гребаных унижений. Я увидела себя через других людей и почувствовала отвращение. Весь этот пиздец.
Меня забавляют разные интересные штуки. Например, когда видишь полностью растоптанного, размазанного по земле человека, а он такой еще и умудряется смотреть на всех свысока. Ну молодец, чего уж тут. Да-да, в этом что-то есть. Ты настолько сильный, что вытерпишь любые лишения и унижения.


Спокойной ночи)
и пусть все самовлюбленные зазнавшиеся дураки горят в аду.

@темы: привет!

13:42 

Харон

Харон нагнулся и сделал очередной гребок. Ему было тоскливо, и все
вокруг выглядело серым и унылым.
Так было в течение не годов, и даже не столетий, но необъятных потоков
времени. Тяжесть прожитых лет и боль в натруженных руках стали для Харона
определенной богами судьбой и были в его понимании неразрывно связаны с
Вечностью.
Если бы даже боги послали ему встречный ветер, это лишь разделило бы
время в его памяти на две равные части.
Там, где он находился, все вокруг было настолько серым, что если бы в
царство мертвых вдруг проник луч света и на мгновение задержался на лице
самой царицы Клеопатры, его глаза этого бы даже не заметили.
Странно было то, что изменилось количество прибывающих мертвецов.
Раньше их бывало около пятидесяти за один раз, теперь же они мертвые
прибывали тысячами. Но не в обычаях серой души Харона было размышлять о
причинах подобных вещей... Харон нагнулся и сделал еще один гребок.
Затем какое-то время вообще никто не приходил. Для богов это было
необычно -- не присылать никого с Земли в течение такого долгого времени. Но
богам виднее...
Затем пришел человек. Один. Маленькая тень, дрожа, в одиночестве
присела на скамью, и огромная лодка двинулась в путь. Только один
пассажир... Богам виднее.
Великий усталый Харон греб все вперед и вперед, сидя рядом с маленьким,
тихим, дрожащим призраком.
Голос реки звучал отчетливым знаком того, что где-то далеко рядом со
своими сестрами тихо плачет Печаль, что она не может умереть так, как на
холмах Земли умерли отзвуки человеческого горя, что она стара, так же стара,
как само Время, как боль в хароновых руках...
Лодка подошла к унылому берегу медленной, бесцветной реки, и маленькая
безмолвная тень, дрожа, сошла на берег. Харон развернул лодку и устало
пустился в обратный путь. И тут маленький призрак заговорил. Он сказал, что
при жизни был человеком.
-- Я последний, -- сказал он.
Никому до этого момента не удавалось вызвать на лице Харона улыбку, и
еще никто не заставлял его плакать...

@темы: Дансени

11:56 

Поезд из пункта А, льющийся из трубы туннеля,
впадает с гудением в раскинувшееся широко,
в котором морщины сбежались, оставив лбы,
а те кучевой толпой сбились в чалму пророка.
Ты встретишь меня на станции, расталкивая тела,
и карий местного мусора примет меня за дачника.
Но даже луна не узнает, какие у нас дела,
заглядывая в окно, точно в конец задачника.
Мы — на раскопках грядущего, бьющего здесь ключом,
то есть жизни без нас, уже вывозимой за море
вследствие потной морзянки и семафора в чем
мать родила, на память о битом мраморе.
И ежели нас в толпе, тысячу лет спустя, окликнет ихний дозор, узнав нас по плоскостопию,
мы прикинемся мертвыми, под каблуком хрустя:
подлиннику пустоты предпочитая копию.

@темы: И.Б., стихи

11:54 

Сохрани мою тень. Не могу объяснить. Извини.
Это нужно теперь. Сохрани мою тень, сохрани.
За твоею спиной умолкает в кустах беготня.
Мне пора уходить. Ты останешься после меня.
До свиданья, стена. Я пошел. Пусть приснятся кусты.
Вдоль уснувших больниц. Освещенный луной. Как и ты.
Постараюсь навек сохранить этот вечер в груди.
Не сердись на меня. Нужно что-то иметь позади.

Сохрани мою тень. Эту надпись не нужно стирать.
Все равно я сюда никогда не приду умирать,
Все равно ты меня никогда не попросишь: вернись.
Если кто-то прижмется к тебе, дорогая стена, улыбнись.
Человек — это шар, а душа — это нить, говоришь.
В самом деле глядит на тебя неизвестный малыш.
Отпустить — говоришь — вознестись над зеленой листвой.
Ты глядишь на меня, как я падаю вниз головой.

Разнобой и тоска, темнота и слеза на глазах,
изобилье минут вдалеке на больничных часах.
Проплывает буксир. Пустота у него за кормой.
Золотая луна высоко над кирпичной тюрьмой.
Посвящаю свободе одиночество возле стены.
Завещаю стене стук шагов посреди тишины.
Обращаюсь к стене, в темноте напряженно дыша:
завещаю тебе навсегда обуздать малыша.

Не хочу умирать. Мне не выдержать смерти уму.
Не пугай малыша. Я боюсь погружаться во тьму.
Не хочу уходить, не хочу умирать, я дурак,
не хочу, не хочу погружаться в сознаньи во мрак.
Только жить, только жить, подпирая твой холод плечом.
Ни себе, ни другим, ни любви, никому, ни при чем.
Только жить, только жить и на все наплевать, забывать.
Не хочу умирать. Не могу я себя убивать.

Так окрикни меня. Мастерица кричать и ругать.
Так окрикни меня. Так легко малыша напугать.
Так окрикни меня. Не то сам я сейчас закричу:
Эй, малыш! — и тотчас по пространствам пустым полечу.
Ты права: нужно что-то иметь за спиной.
Хорошо, что теперь остаются во мраке за мной
не безгласный агент с голубиным плащом на плече,
не душа и не плоть — только тень на твоем кирпиче.

Изолятор тоски — или просто движенье вперед.
Надзиратель любви — или просто мой русский народ.
Хорошо, что нашлась та, что может и вас породнить.
Хорошо, что всегда все равно вам, кого вам казнить.
За тобою тюрьма. А за мною — лишь тень на тебе.
Хорошо, что ползет ярко-желтый рассвет по трубе.
Хорошо, что кончается ночь. Приближается день.
Сохрани мою тень.

@темы: И.Б., стихи, это разбивает мне сердце

12:55 

Шум ливня воскрешает по углам
салют мимозы, гаснущей в пыли.
И вечер делит сутки пополам,
как ножницы восьмерку на нули,
и в талии сужает циферблат,
с гитарой его сходство озарив.
У задержавшей на гитаре взгляд
пучок волос напоминает гриф.

Ее ладонь разглаживает шаль.
Волос ее коснуться или плеч —
и зазвучит окрепшая печаль;
другого ничего мне не извлечь.
Мы здесь одни. И, кроме наших глаз,
прикованных друг к другу в полутьме,
ничто уже не связывает нас
в зарешеченной наискось тюрьме.

@темы: И.Б., стихи

11:28 

Звонок

"Во время путешествия забываешь названия дней: их заменяют города."

@темы: Набоков

11:26 

Возвращение Чорба

"Все это было очень трудно. Как объяснить. что он желал один
обладать своим горем, ничем посторонним не засоряя его и не
разделяя его ни с кем?"

@темы: Набоков

12:29 

"Изобретение любви"

"Ты - половинa моей жизни. Мы устрaивaли пикник в Аиде. Тaм, нa острове, былa собaкa, дружелюбнaя потерявшaяся собaкa, дaже не мокрaя - вот ведь чудесa, - онa впрыгнулa к нaм в лодку, чтобы мы ее спaсли. Помнишь собaку? Мы с Поллaрдом спорили о том, что лучше для поэзии - aнглийский или лaтынь, и склоняли собaку нa рaзные лaды: потерянный пес любит молодого человекa - пес молодого потерянный человекa любит, любит потерянный молодого человекa пес. В этом лaтынь не переплюнешь: перетaсуй словa по желaнию, и окончaния подскaжут тебе, кто кого любит, кто молодой, кто потерялся; если не читaешь нa лaтыни, в этой беседе тебе делaть нечего, сиди домa. Ты поцеловaл собaку. После того дня все прочее кaзaлось мне тщетным и смехотворным: смехотворнaя мысль, что жизнь рaвнa учебному курсу…"

@темы: мне нечем разрезать руку, стоппард

21:17 

В пустыне
Я встретил человека - нагого, дикого;
Сидя на корточках,
Он держал в руках свое сердце
И грыз его.
Я спросил: - Вкусное ли оно, друг?
- Оно горькое, горькое! - ответил человек,
Но мне нравится его грызть,
Потому что оно горькое
И потому что это мое сердце.

Стивен Крейн

@темы: веселые переводы, стихи

22:21 

Когда вы стоите на моем пути,
Такая живая, такая красивая,
Но такая измученная,
Говорите все о печальном,
Думаете о смерти,
Никого не любите
И презираете свою красоту -
Что же? Разве я обижу вас?

О, нет! Ведь я не насильник,
Не обманщик и не гордец,
Хотя много знаю,
Слишком много думаю с детства
И слишком занят собой.
Ведь я - сочинитель,
Человек, называющий все по имени,
Отнимающий аромат у живого цветка.

Сколько ни говорите о печальном,
Сколько ни размышляйте о концах и началах,
Все же, я смею думать,
Что вам только пятнадцать лет.
И потому я хотел бы,
Чтобы вы влюбились в простого человека,
Который любит землю и небо
Больше, чем рифмованные и нерифмованные речи о земле и о небе.

Право, я буду рад за вас,
Так как - только влюбленный
Имеет право на звание человека.

@темы: стихи, Блок

картинки с выставки.

главная